А совесть есть, господа?

В газете «Новости недели» 29.11.07 в рубрике «Гайд-парк» опубликованы два письма весьма близкие по теме и смыслу. Это «Телега впереди лошади» полковника Виктора Соколовского и «Есть же предел, господа» учителя физики Мирона Я. Амусья. Объединяет эти письма недоброжелательность и зависть к перенесшим неимоверные страдания евреям, чудом оставшихся в живых.

Полковник обижен на узников концлагерей и гетто, которым, как ему кажется, дали больше льгот, чем ему. Сама постановка вопроса не делает вам чести, полковник. Наряду с заслугой Советской Армии в победе над фашизмом, есть и вина полковников и генералов (но не рядовых солдат) в том, что эти люди оказались на грани гибели. Это вы, имея преимущество в численности и вооружении армии, отдали половину территории страны, оставили на гибель, в первую очередь, еврейских женщин, детей, стариков. Это вы не жалели жизни наших отцов для победы. Вы уже забыли, как давали клятву товарищам в окопах, кто останется живой берёт на себя заботу о семьях погибших. Но вернувшись живым, вы забыли свои клятвы. В своём письме вы даже не вспоминаете о вдовах погибших воинов. Вы, полковник, выполняли свой гражданский долг, закон о всеобщей мобилизации на войну с фашизмом, и вряд ли бы вы согласились поменяться местами с узником гетто. Давайте вместе порадуемся тем мизерным льготам, которые получили много страдавшие люди.

У профессора физики Мирона Я. Амусья вызывает «острейший протест» желание жертв холокоста, людей бежавших от фашизма с оккупированных территорий, улучшить своё материальное положение. Все могут требовать улучшения своего жизненного уровня, кроме жертв холокоста. Вот учителя уже около двух месяцев бастуют, решают свои проблемы за счёт своих учеников. И господин Мирон сейчас сидит дома и пишет очередное «обличительное» письмо.

Сам господин Мирон, ни его близкие, по всей вероятности, не испытали тягот бегства от смерти. И не надо нас делить на тех, кто был на фронте, был в гетто или концлагере, бежал с оккупированных территорий. Мы все одна еврейская семья. И если кто-то получит какие-то льготы и ему станет легче жить, мы должны радоваться. У моего деда, шойхета из местечка Теплик, ушли на фронт три сына. Двое погибли, младший вернулся раненный. Их семьи бедствовали в эвакуации. Эвакуация-это голод, холод, болезни, вши, потери близких людей, отсутствие жилья. Вы, господин Мирон, знаете, что такое дистрофия, опухшие от голода ноги? Мои дедушка и бабушка убиты немцами и их пособниками из местного населения, похоронены в братской могиле в небольшом украинском городке Новозлатополье. Дядя мой был в Минском гетто, участвовал в подполье, сражался в партизанском отряде. Семья сестры моего отца погибла, была брошена в ствол шахты в г. Сталино. Удалось спастись только одной дочери. Живёт в Израиле. Разве можно нас разделить? Что вы делите шкуру неубитого медведя? Вы надеетесь, что это правительство поможет нуждающимся евреям? Напрасны ваши надежды. Оно отдаёт деньги арабам, повышает зарплаты чиновникам, себя не забывает. А на простых людей не хватает бюджета. Вот заморозили закон о повышении минимальной заработной платы.

Германия признала право именно евреев на компенсацию. Германия, еврейские общины передали Израилю огромные средства именно для поддержания людей переживших холокост. И мы вправе спросить у правительства, где эти деньги? Руководители государства, находящиеся под следствием, не вызывают доверия.

Зиновий Гордон.